Виктор Яковлев (vikyakov) wrote,
Виктор Яковлев
vikyakov

Category:

"На что он руку поднимал..." - 6.

6

"Внимайте себе и всему стаду, в котором Дух Святый поставил вас блюстителями, пасти Церковь Господа и Бога, которую Он приобрел Себе  Кровию Своею. Ибо я знаю, что, по отшествии моем, войдут к вам лютые волки, не щадящие стада; и из вас самих восстанут люди, которые будут говорить превратно, дабы увлечь учеников за собою. Посему бодрствуйте».

(Деян. 20, 28 — 31)


       За прошедшие  годы в храме свв. Жен Мироносиц о. Павлу сослужили несколько священников. Память о них разнородна. К некоторым из них осталось глубокое уважение, воспоминания о других сопровождаются неизменной душевной тягостью и скорбью. Лишь у Бога любовь совершенна. Любовь людей камениста, неровна, искушаема, подвержена времени. Любовь и нелюбовь, - это как «хорошее» и «плохое», - так мы усвоили, так подумали когда-то. Любовь узнаваема. Созидание себя начинается с признания в другом такого же, как и ты, человека, каким бы чужим и чуждым он ни казался. Нестроения неизбежны, без них не проживешь, - в семье, церковной общине, любом сообществе. Но где-то верх берет созидательница-любовь, которая «долготерпит, милосердствует, не мыслит зла, …не радуется неправде, а сорадуется истине» (1 Кор. 13, 4, 6.), а где-то человек оказывается во власти начал безусловно разрушительных.

С неизменным уважением вспоминается первый батюшка, пришедший в храм еще осенью 1989 – тогда игумен, а теперь архимандрит Елевферий (Попов). Он прослужил в Мироносицах до конца 1992, когда был назначен настоятелем возвращенного церкви храма Успения с Полонища, где и служит до сего дня.

Еще в 1989 г. пришел в храм Владимир Петрович Георгиев, строитель по профессии и Божьему призванию, настоящий труженик. Был избран помощником старосты. Многое в храме сделано его руками и стараниями. В 1993 рукоположен во священника, служил в храме свт. Николая в Любятово, затем назначен в Духовное училище, где взял на себя все восстановительные работы. Одновременно несколько дней в неделю служил и в Мироносицах. В 1996 стал настоятелем вновь возвращенной церкви  прп. Алексия, человека Божьего, в Поле (XVII-XVIII вв.), в котором в советское время были художественные мастерские, потом и вовсе запустенье: жили бомжи, а  кладбище возле церкви звалось в народе «Кабак Мертвые души». Отец Владимир восстановил храм, привел в порядок могилы. А в 2001 он взялся за восстановление одной из красивейших в Пскове церквей – святых Иоакима и Анны на улице Калинина. Храм был в полном запустении, работы немерено. Батюшка восстановил и его. С тех пор он – настоятель двух храмов.

Протоиерей Михаил Мельник был назначен к нам клириком в 1992 г., после ухода о. Елевферия. Добрый человек и старательный священник, вспоминая которого трудно не улыбнуться. Проповеди читал, облокотившись на аналой, по книжке, монотонно, но со слезой, а то и навзрыд. Многим нравилось. Должен заметить, что у каждого священника, каким бы он ни был, всегда найдется своя паства. Была она, всегда готовая пустить согласную с ним слезу, и у о. Михаила. Его медлительность превышала иногда все разумные пределы: служба и требы (крестины, отпевания) могли растянуться на часы. «Я и сам знаю, что копошила, - говаривал он, - но уж какой есть». А у людей – хора, мирян – были свои распорядки и планы. Не говоря уже о катафалках, простой которых требовал дополнительной оплаты. Но и тут находились защитники: «Вот отец Михаил служит, так служит!» Он ушел от нас сразу после Рождества 1997 года, и тоже настоятелем – в новый храм Воскресения Христова, построенный на городском кладбище в Орлецах. Главной его бедой, на мой взгляд, были мягкотелость и безволие, которые и потом служили ему плохую службу. Спустя два года архиерей назначил его епархиальным духовником и в этом качестве он и вписал свое имя в число гонителей о. Павла, - все же, мне думается, помимо воли и с душевной тягостью. Бог ему судья.

Тогда же, в январе 1997, в храме появился новый священник – о. Владимир Будилин. Появился странно. Обстоятельства его рукоположения, еще владыкой Владимиром, мне неведомы. Известно было, что он служил на двух приходах – сначала в селе Родовое в Палкинском районе, потом еще в каком-то сельском приходе, но из обоих ушел без предупреждений и объяснений – просто вышел и не вернулся. Ну и владыка, уже Евсевий, перестал его назначать. Как-то, еще до рукоположения, он, тогда молодой человек лет двадцати с небольшим, появлялся у нас в храме и подходил к о. Павлу с разговорами о восточной оккультной литературе, которой тогда был увлечен. 

Позже о. Павел рассказал: «Я долго его не видел, но знал, что он рукоположен. А через несколько лет встретил на Мироносицком кладбище и не сразу узнал. Он там что-то среди могилок ходил. Я спросил, где он служит.  Он ответил, что нигде. «Так, может, вы у нас послужите?» - «Да я бы с радостью», - был ответ. Я отправился к владыке и говорю:

- Вот о. Владимир Будилин нигде не служит, нельзя ли его определить к нам?

- Да ведь он сумасшедший! – удивился владыка.

На что я сказал, что, может быть, богослужение ему поможет встать на ноги. 

– Ну, забирайте, если он вам нужен, - сказал владыка и подписал Указ».

Но время показало, что нужнее он оказался владыке, нежели приходу о. Павла.

И все же постепенно жизнь входила в свою колею. О. Павел установил ежедневные богослужения, считал их непременным условием полнокровной приходской жизни и очень ими дорожил. Количество вновь открытых храмов в городе росло с каждым годом, но ежедневно служили только в Троицком кафедральном соборе и Мироносицах, чуть позже ежедневная служба началась в храме св. Александра Невского, в остальных – по воскресеньям и праздникам. В воскресные дни батюшка служил в Писковичах, а службы в Мироносицах делил с о. Владимиром. О. Павел, кроме того, преподавал в школе, заботился о приюте, служил в открывшемся храме следственного изолятора, писал богословские статьи.

Тогда же состоялось несколько наших концертно-просветительских выступлений – в том же следственном изоляторе и областной библиотеке: о. Павел рассказывал о церковном пении,  выступал храмовый хор, руководимый замечательным, влюбленным в свое дело регентом Александром Закревским, а я читал из духовной поэзии. Продолжалось благоустройство храма и школы, пристраивались новые классы, провели газ. А в Писковичах, в приделе святителя Николая, батюшка установил первую в епархии (и, насколько мне известно, пока единственную) купель для взрослых, где можно было креститься в полном соответствии с каноном – погружением.

Священник Евгений Найдин, молодой и напористый, был назначен мироносицким клириком в марте 1999 г. Мы все надеялись, что теперь батюшке станет полегче. Поначалу так оно и было: о. Евгений взял на себя часть воскресных богослужений в Писковичах, а в Мироносицах трое батюшек служили в очередь. Но постепенно в нем стало проявляться недовольство всем и вся, что делалось в храме: о. Павел не так служит, не так проповедует, и хор не тот, и аналои стоят не там, и иконы висят неправильно. Доходили сведения, что за глаза – в приходе и на стороне – о. Евгений всячески порочит батюшку, распуская о нем дурные слухи и небылицы. Появилось предположение – и скоро оно со всей очевидностью подтвердилось – что все это делалось с санкции, либо по прямому указанию правящего архиерея: ни один священник не решился бы на демонстративное неподчинение настоятелю, не будь соизволения свыше.

Осенью события ускорились (может быть, торопили из епархиального управления), грубость и хамство в отношении настоятеля со стороны молодого священника сделались регулярными. И, наконец, 3 декабря, во время Всенощной на Введение, он спровоцировал преднамеренный скандал в алтаре, отказавшись выйти на светильничные молитвы: сами, мол, идите! Батюшка напомнил, что он настоятель. В ответ – грубая ругань с вариациями на тему «все, что я о вас думаю». О. Павел был вынужден изложить происшедшее в докладной записке на имя архиерея. 16 декабря о. Евгений заявляет с амвона буквально следующее (цитирую по дневниковой записи): «Борьба с жидовской ересью актуальна и в наши дни, существует она и в нашем храме…» 21 декабря состоялся Епархиальный совет с обсуждением ситуации в церкви свв. Жен Мироносиц. Несмотря на общее мнение о невозможности дальнейшего сослужения двух священников, Владыка дает указание провести Приходское собрание (указал и дату – вечер следующего дня) в присутствии членов Епархиального совета с целью примирить настоятеля и клирика, дабы они служили вместе и дальше. По сути и фактически – чтобы о. Евгений и впредь имел возможность раскалывать приход, ибо, как показало собрание, ни о каком изменении уничижительного отношения молодого священника к почтенному настоятелю не было и речи.

Собрание, согласно архиерейскому указанию, состоялось 22 декабря, в присутствии пяти настоятелей псковских храмов: протоиереев Иоанна Муханова (благочинный г. Пскова, Свято-Троицкий кафедральный собор), Олега Тэора (храм св. Александра Невского), Михаила Мельника (духовник епархии, храм Воскресения Христова), Георгия Быкова (благочинный Псковского района, храм Михаила Архангела) и архимандрита Елевферия (храм Успения с Полонища). В самом начале о. Павел, настоятель и – согласно Уставу РПЦ – председатель Приходского собрания, заявил, что, как лицо, втянутое в обсуждаемый конфликт, не может председательствовать на собрании, и предложил, чтобы собрание вел председатель Приходского совета. К моему удивлению, все, включая благочинного о. Иоанна, легко согласились. По моим предположениям, благочинный должен был попытаться взять собрание в свои руки, но, вовремя не сообразив, упустил момент (за что и получил потом нагоняй от владыки), и у собрания появился шанс принять решение, не навязанное церковным начальством, а вполне самостоятельное.

Поблагодарив отцов-настоятелей за внимание к нашей общине и заботу о благополучии прихода (особо – архимандрита Елевферия и протоиерея Михаила, в свое время немало здесь потрудившихся), я кратко изложил суть конфликта, обратив особое внимание на то, что о. Евгений публично обвинил настоятеля в ереси: «Ересь есть серьёзнейшее преступление против церкви, связанное с покушением на догматы Православия. Обвинённый в ереси заслуживает высшей меры церковного наказания - отлучения, в противном случае, если обвинение ложно, должен быть наказан обвинитель». И предложил высказаться обеим сторонам конфликта.

Затем высказались наши клирики, священник Владимир Будилин, дьякон Сергий Завьялов, и члены Приходского собрания. Не стану приводить здесь подробности выступлений, споров и новых, порой до смешного мелочных, обвинений в адрес о. Павла, скажу лишь, что по мнению большинства восстановление мира в приходе возможно только после исключения священника Евгения Найдина из состава клира. В частности, дьякон Сергий Завьялов говорил (цитирую по Протоколу собрания): «Я о ереси судить не буду, но о. Евгений просто неуживчив по складу характера. В храме должна быть одна голова, один хозяин. С приходом о. Евгения их стало две. Во всяком случае, о. Евгений претендует на это. Здесь и кроется причина конфликта, по которой дальнейшее их служение в одном приходе невозможно».

Высказались и отцы-настоятели, особенно активно – благочинный о. Иоанн, и попытались склонить собрание к решению о примирении священников и дальнейшему совместному служению, но безрезультатно, - лишнее доказательство того, что невозможно убедить других в том, во что сам не веришь. Большинством голосов – девять против трех – собрание приняло ходатайство к правящему архиерею:

«Его Высокопреосвященству Высокопреосвященному

Архиепископу Псковскому и Великолукскому ЕВСЕВИЮ

Ходатайство.

Ваше Высокопреосвященство!

Во исполнение Вашего указания 22 декабря с.г. состоялось Приходское собрание храма Святых Жен Мироносиц, на котором была рассмотрена возникшая в приходе конфликтная ситуация. Приходское собрание обращается к Вам с ходатайством об исключе­нии священника Евгения Найдина из состава клира нашего храма, так как, по общему мнению, именно его нетерпимость стала причи­ной возникновения конфликта и нестроений в приходе.

Собрание находит, что действия, поступки и человеческие качества иерея Евгения несовместимы со ст. 9 разд. VIII Устава об управлении РПЦ, требующей подчинения клириков настоятелю храма.

Приложение: Протокол № 1 Приходского собрания от 22 декабря 1999 года.

Настоятель храма Святых Жен Мироносиц – протоиерей Павел Адельгейм.

Председатель Приходского Совета – В.Н. Яковлев.

Секретарь собрания -   Т.С. Меньшикова»

 Ходатайство и Протокол передал лично в руки архиепископу Евсевию настоятель храма священник Павел Адельгейм. Архиепископ прочел Ходатайство, сложил вместе с не прочитанным Протоколом, порвал на четыре части и бросил в урну для бумаг.

 Начался новый печальный этап совместного служения с о. Евгением Найдиным, так и не прекратившим попытки новых провокаций, оговоров настоятеля с целью восстановить против него прихожан.  А спустя два года,  Указом № 398 от 26 декабря 2001-го, архиепископ Евсевий лишил о. Павла взращенного им на протяжении почти 21 года (с 15.03.1981 г.) прихода церкви св. Апостола Матфея в Писковичах и назначил туда настоятелем о. Евгения Найдина, лишив тем самым существенной поддержки сиротский приют.

Так завершилась история первой приходской склоки, учиненной правящим архиереем, случившейся до выхода книги «Догмат о Церкви в канонах и практике» и в значительной мере подвигнувшей священника к ее написанию.

(Продолжение следует)
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment